Что чувствовали святые при молитве

Критерии ложной и правильной молитвы. Часть 2

Разъясняют пастыри

Христианская жизнь немыслима без молитвы. И, пожалуй, это одно из самых трудных духовных деланий. Так как правильно молиться? Как избежать ловушек прелестных духовных состояний? Каких настроений не должно быть при молитве? И как не впасть в формализм, бездумное вычитывание правила? За разъяснениями мы обратились к пастырям.

Какова духовная жизнь, такова и молитва

– В духовной жизни всё достаточно конкретно: если молитва будет неправильной, то вместо общения с Богом мы окажемся в сетях диавола. Истинная или ложная молитва – это вопрос жизни и смерти. Поэтому ошибаться в этом нельзя.

Прямо скажу, что в своем представлении о молитве я во многом стараюсь опираться на учение святителя Игнатия (Брянчанинова). И прежде всего, отвечу о ложной молитве. Она имеет два ярких признака – мнение молящегося о себе и мечтательность.

Мнение о себе – что это такое? Это внутреннее ощущение себя лучше всех остальных. Такой человек считает себя святым, духовно преуспевшим, находящимся к Богу ближе других, в его молитве живо его «я». Такая молитва, по подобию молитвы гордого фарисея из притчи, становится претензией на свою элитарность, особые права перед Богом. Это свербящая внутри мысль, что я-то уж выше других, вон сколько я много молюсь и веду себя не то что другие. Такая молитва все равно как если встать перед своим отражением в зеркале и пытаться молиться. Язык произносит имя Божия, но в сердце перед тобою ты сам. В сердце «я», и от этого «я» произносятся все молитвы.

Во-вторых, мечтательность. Если в молитве мы гуляем умом туда и сюда, то значит, мы и не с Богом, мы телом в храме, а душой где угодно, в супермаркете или спортзале, решаем в уме какие-то земные дела, спорим с друзьями или мстим обидчикам. Воображение – вещь коварная. Даже когда мы отказываемся от откровенно греховных образов, то в молитве могут проскальзывать образы чего-то святого, и это тоже ошибка, воображение создает картинку святого, которой мы начинаем молиться, эта картинка заслоняет от нас Бога и мир духовный.

Поэтому признаки правильной молитвы: смирение, покаяние, внимание к словам молитвы, отсутствие мечтаний.

Правильная молитва не может появиться у того, кто привык везде продавливать себя вперед

Чтобы молитва стала правильной, надо вообще упорядочивать свою духовную жизнь. Если ты живешь как попало, то вряд ли твоя молитва станет чистой. Молитва неразрывна в целом от духовной жизни. Правильная молитва не может появиться у того, кто привык везде продавливать себя вперед. Гордый и несмиренный в поведении оказывается таким же и в молитве перед Богом. Равнодушный к ближним теплохладен в молитве. Молитва жестокого суха и безжизненна, молитва блудливого расхищается нечистыми образами. Если ты кому-то нахамил, то это непременно скажется на твоей молитве. В общем, чем наполняем мы свой внутренний мир, как ведем себя в своей повседневной жизни, всё это проявится в нашей молитве.

Молитва бывает правильной, когда ты молишься о себе как о погибшем. Вот если представить, что ты выпал за борт корабля, оказался в морской пучине и помощи нет, то как при этом будешь молиться? – От всего сердца, всеми силами своей души взывать к Богу о себе как погибающем. В такой молитве не будет и тени мнения о себе, никакой мечтательности. Эта молитва будет голосом сердца, взыванием о спасении.

Подлинная молитва – это искренний голос души, видящей свое падение и всеми силами жаждущей обрести милость Божию. Это предстояние пред Богом как пред Отцом, Который тебя видит, слышит и любит. Молитва – как таинство, она понимается не рассудочно, а по мере самого участия в ней. И только по мере опыта мы начинаем чувствовать, чем истина отличается от лжи и как правильная молитва отличается от неправильной.

Главное – всецелое устремление к Богу со смирением

Молитва с понуждением себя даже более угодна Богу, чем «самодвижущаяся»

– Святые отцы четко обозначили критерии правильной и чистой молитвы. Во-первых, это внимание к словам молитвы. Это, если можно так сказать, необходимый и обязательный минимум. Но всякий, кто пробовал молиться внимательно, скажет, что это совсем не просто. Внимание постоянно отвлекается на помыслы и размышления, порой самые «важные» и «возвышенные». Святые отцы однозначно говорят, что во время молитвы нужно решительно все эти помыслы отвергать, стремиться умом и сердцем быть причастным смыслу произносимого. Не важно, сложные слова произносятся или простые. Главное – всецелое устремление к Богу со смирением. В этом суть молитвы, так что она даже может быть и вовсе без слов, в едином сокрушенном чувстве. Особенно возрастает значение внимания, когда молитва «не идет», потому что внимание в молитве – это то малое, что зависит от нашего произволения. Многие святые отцы говорят, что такая молитва (с понуждением себя) даже более угодна Богу, чем «самодвижущаяся», потому как в такой «трудовой» молитве человек понуждает себя к добру.

О важности внимания напоминает и преподобный Иоанн Лествичник, когда говорит, что «молитва есть не иное что, как отчуждение мира видимого и невидимого». То есть, молясь Богу, человек не должен отвлекаться ни на видимые предметы, ни на мысли, образы и чувствования, возникающие в душе. Это важно. Потому что единственное чувство, которое единодушно советуют искать в молитве святые отцы, – это покаяние. Именно покаянием входит в нашу жизнь благодать Божия и именно в покаянии присутствует сокрушение и смирение сердца, которое «отверзает двери» милосердию Божию.

Далее святые отцы единодушны в том, что чистая молитва требует устранения от житейских дел и попечений, что скорее престало монахам, но и нам неплохо об этом знать, потому что уединенная молитва, например в тишине ночной, по единодушному мнению святых отцов, особенно благотворна.

И, наконец, самое главное. Господь обращается к тем, кто молится Ему, но при этом не меняется, не прилагает усилия, чтобы жить по-христиански, со словами: «Что вы зовете Меня: Господи! Господи! – и не делаете того, что Я говорю?» (Лк. 6: 46). То есть обязательным условием чистой молитвы должно быть деятельное послушание Христу и Его Церкви, приобретение навыка жизни по заповедям. И уж точно обязательным для всех условием доброй молитвы можно считать борьбу со страстями. При этом совершенно не важно, в какой «стадии» пленения или падения ты находишься. Бесстрастных – единицы. Большинство из нас люди страстные в той или иной степени, и вот сознательное очищение страстной природы души, борьба, противостояние с молитвой греховным страстям – это обязательное условие для правильной и чистой молитвы.

Конечно, есть и высшие степени молитвы, и «умное делание», и видение «нетварного света», но это больше относится к жизни и деланию монашескому. А нам надлежит очищать себя с Божией помощью от страстей, стараться жить по заповедям Христовым и молиться внимательно с сокрушением, в простоте сердца. И Господь нас не оставит.

Молитва должна вызывать покаянные чувства

– Здоровая молитва всегда вызывает покаянные чувства. Хорошая молитва трогает те струны души, которые отвечают за смирение. После правильной молитвы человек, еще полчаса-час назад желавший отомстить обидчику, уже готов его крепко обнять. Но это упрощенное понимание сути молитвы. Молитва – не магия. Это настройка сердца для принятия благодати от Бога. Необходимо настроиться на нужную волну. Когда человек просто губами бубнит слова, то он этой волны никогда не поймает. Тут нужно подключить ум. По моим наблюдениям, когда мы молимся, у нас словно две «дорожки»: речевая и умная. И обе мы должны заполнить молитвой, в противном случае ум улетит в неизведанные дали.

Ложная молитва – это сфера гордыни, разжение крови, при которых можно впасть в прелесть от своих псевдоподвигов. Настоящая молитва – это когда мы одновременно ощущаем себя в присутствии Бога и переходим в состояние покаяния, в котором нам открывается глубина нашего падения. Но это ощущение ничего не имеет общего с безысходностью. Правильное чувство от молитвы усиливает жажду Бога, а в Нем – Любовь, Которая обезболивает и заглушает все земные заботы и переживания. Но такие моменты крайне редки. Потому что мы каждый раз теряем нужную волну, на которой нас ждут.

Молиться как мытарь, а не как фарисей

– О двух видах молитвы Господь говорит нам в Евангелии от Луки, зачало 89, которое мы читаем в Неделю о мытаре и фарисее (см.: Лк. 18: 10–14). Два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей гордился и тщеславился тем, что он якобы лучше других людей, услаждался своим мнимым превосходством. Молился он так: «Боже! Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие человецы – хищники, неправедные, прелюбодеи – или как сей мытарь. Пощусь дважды в неделю и даю десятую часть всего, что имею». А мытарь видел свои многие грехи, стыдился их, сознавал себя недостойным и, не смея воззреть на небо, ударял себя в грудь и повторял: «Боже! Милостив буди мне, грешному» И Господь говорит нам: «Яко сниде сей оправдан в дом свой паче онаго: яко всяк возносяйся смирится, смиряяй же себе вознесется».

Вот молитва фарисея, как и любого человека, который ищет в молитве услаждения своей греховной природы, гордясь своей мнимой святостью, тщеславием, превозношением над людьми, и есть ложная, не угодная Богу. А молитва мытаря, как и любого человека, который смиряется перед Богом и людьми, осознаёт свое недостоинство, – молитва правильная, благодатная. Преподобный Петр Дамаскин говорит: «Первым признаком начинающегося здравия души является все большее видение своих грехов».

Чистой и духовной молитвы человек сподобляется, пройдя многое и многое смирение, приобретя нищету духовную и упование на Господа, чистое сердце и чистую совесть, через послушание и отсечение своей греховной воли, пройдя через многие скорби в терпении, совершив многие труды, очищая душу покаянием и исповедью и причащаясь Пречистого Тела и Честной Крови Господа нашего Иисуса Христа и стяжевая благодать Святого Духа всеми средствами, которые в изобилии нам подает бесконечно милостивый и любящий Господь.

Помнить о том, зачем мы молимся

– Как понять, правильно человек молится или нет? Обратимся к святым отцам. Так, преподобный Амвросий Оптинский довольно жестко отчитывает свое духовное чадо за превозношение в духовной жизни и, как следствие, в молитве. Святой дает четко понять, что никакого превозношения, пусть даже на первый взгляд вполне оправданного, не должно быть в жизни христианина.

Нужно помнить: молитва необязательно дает душевную теплоту, порой так желанную людьми. Не стоит гнаться за физическим, явственным ощущением благодати во время или после молитвы. Ведь и Сам Господь во время молитвы к Отцу в Гефсиманском саду и на кресте не испытывал утешения. Но это вовсе не значит, что пуста и неверна была Его молитва.

Молиться: «Господи! Накажи его» – ни в коем случае нельзя!

Никакая злоба или обида не может проявляться в молитве, никакой даже «праведный гнев» не имеет источника в Божественном Промысле о человеке. Поэтому молиться: «Господи! Накажи его» – ни в коем случае нельзя. Как и просить сделать «так-то и так-то». Бог не волшебная палочка, Он вправе не делать так, как мы хотим.

Во время молитвы необходимо сторониться крайностей: с одной стороны, профанации и бездумного чтения правил, с другой – экзальтированного обращения ко Христу без должного почтения и любви.

И самым главным критерием все же является цель молитвы. Каждый, кто встает перед образом Божиим, должен четко понимать, зачем он это делает. Нужно помнить, перед Кем мы стоим и с Кем мы разговариваем. Если об этом помнить, многих искушений можно будет избежать.

Ощущения при молитве

Саша101101

Вячеслав60

Валерий-2010

Зачем Вам знать, что чувствуем мы, грешные люди? Лучше почитайте, что об этом пишет святой Игнатий Брянчанинов: “Не ищи в молитве наслаждений: они отнюдь не свойственны грешнику. Желание грешника ощутить наслаждение есть уже самообольщение. Ищи, чтоб ожило твое мертвое, окаменевшее сердце, чтоб оно раскрылось для ощущения греховности своей, своего падения, своего ничтожества, чтоб оно увидело их, созналось в них с самоотвержением. Тогда явится в тебе истинный плод молитвы – истинное покаяние. Ты восстенаешь пред Богом и будешь вопиять к Нему молитвою из бедственного состояния души, тебе внезапно открывшегося; будешь вопиять, как из темницы, как из гроба, как из ада.

Покаяние рождает молитву и в сугубом количестве рождается от дщери своей.

Наслаждение в молитве – исключительный удел святых избранников Божиих, обновленных Святым Духом. Кто, увлекаемый порывами крови, увлекаемый тщеславием и сладострастием, сочиняет сам себе наслаждения, тот находится в горестном самообольщении. К такому сочинению очень способна душа, омраченная жительством по плоти, душа, обманутая и обманываемая своею гордостию.

Ощущения, порождаемые молитвою и покаянием, состоят в облегчении совести, в мире душевном, в примирении к ближним и к обстоятельствам жизни, в милости и сострадании к человечеству, в воздержании от страстей, в хладности к миру, в покорности к Богу, в силе при борьбе с греховными помыслами и влечениями. Этими ощущениями – в которых, однако же, вкушение надежды спасения – будь доволен. Не ищи преждевременно высоких духовных состояний и молитвенных восторгов. Они совсем не таковы на самом деле, каковыми представляются нашему воображению: действие Святаго Духа, от Которого являются высокие молитвенные состояния, непостижимо для ума плотского 22.” https://azbyka.ru/otechnik/Ignatij_Brjanchaninov/o-molitve/

Саша101101

Зачем Вам знать, что чувствуем мы, грешные люди? Лучше почитайте, что об этом пишет святой Игнатий Брянчанинов: “Не ищи в молитве наслаждений: они отнюдь не свойственны грешнику. Желание грешника ощутить наслаждение есть уже самообольщение. Ищи, чтоб ожило твое мертвое, окаменевшее сердце, чтоб оно раскрылось для ощущения греховности своей, своего падения, своего ничтожества, чтоб оно увидело их, созналось в них с самоотвержением. Тогда явится в тебе истинный плод молитвы – истинное покаяние. Ты восстенаешь пред Богом и будешь вопиять к Нему молитвою из бедственного состояния души, тебе внезапно открывшегося; будешь вопиять, как из темницы, как из гроба, как из ада.

Покаяние рождает молитву и в сугубом количестве рождается от дщери своей.

Наслаждение в молитве – исключительный удел святых избранников Божиих, обновленных Святым Духом. Кто, увлекаемый порывами крови, увлекаемый тщеславием и сладострастием, сочиняет сам себе наслаждения, тот находится в горестном самообольщении. К такому сочинению очень способна душа, омраченная жительством по плоти, душа, обманутая и обманываемая своею гордостию.

Ощущения, порождаемые молитвою и покаянием, состоят в облегчении совести, в мире душевном, в примирении к ближним и к обстоятельствам жизни, в милости и сострадании к человечеству, в воздержании от страстей, в хладности к миру, в покорности к Богу, в силе при борьбе с греховными помыслами и влечениями. Этими ощущениями – в которых, однако же, вкушение надежды спасения – будь доволен. Не ищи преждевременно высоких духовных состояний и молитвенных восторгов. Они совсем не таковы на самом деле, каковыми представляются нашему воображению: действие Святаго Духа, от Которого являются высокие молитвенные состояния, непостижимо для ума плотского 22.” https://azbyka.ru/otechnik/Ignatij_Brjanchaninov/o-molitve/

Читайте также:  О чем молитва святому луке

Аника

Такое впечатление, будто Вы сравниваете практический результат молитвы по аналогии с мантрами или медитациями.
Результаты есть. Но не моментальные. И именно такие, как описывает святитель Игнатий:

“Ощущения, порождаемые молитвою и покаянием, состоят в облегчении совести, в мире душевном, в примирении к ближним и к обстоятельствам жизни, в милости и сострадании к человечеству, в воздержании от страстей, в хладности к миру, в покорности к Богу, в силе при борьбе с греховными помыслами и влечениями. Этими ощущениями – в которых, однако же, вкушение надежды спасения – будь доволен.”

Саша101101

Такое впечатление, будто Вы сравниваете практический результат молитвы по аналогии с мантрами или медитациями.
Результаты есть. Но не моментальные. И именно такие, как описывает святитель Игнатий:

“Ощущения, порождаемые молитвою и покаянием, состоят в облегчении совести, в мире душевном, в примирении к ближним и к обстоятельствам жизни, в милости и сострадании к человечеству, в воздержании от страстей, в хладности к миру, в покорности к Богу, в силе при борьбе с греховными помыслами и влечениями. Этими ощущениями – в которых, однако же, вкушение надежды спасения – будь доволен.”

Да нет ни с чем я не сравниваю. Просто я ничего не ощущаю, когда молюсь, читая Отче Наш или другие православные молитвы. Не помогают они мне никак. Пробовал и в детстве. И потом взрослея тоже возвращался к разным христианским молитвам. И чувствовал, что я должен для себя сам найти слова молитвы. Вообще только одна молитва из Православия мне по душе и помогает, это “Господи, помилуй!”

И ещё для себя я нашёл такие слова и молюсь так: “Господи, помоги сохранить чувство Любви в Душе при любых обстоятельствах! Чтобы не случилось, помоги Любить. Помоги не топтать чувство Любви в Душе!”
Вот эти слова я чувствую и мне они помогают и чувства возникают как вы пишите выше.

Аника

Саша101101

Аника

Саша101101

Аника

Мои наблюдения показывают, что при вдумчивом чтении святоотеческих молитв, которые собраны в общерекомендуемые утренние и вечерние молитвенные правила, изменения происходят.

Саша101101

Мария

другиня

Саша101101

Андрей К

Валерий-2010

Саша101101

Валерий-2010

Саша, как я понял, Вы берете только один аспект греховности: когда вас обижают или причиняют скорби Вы стараетесь не возненавидить источник скорбей, т.е. не отказаться от любви. И просите об этом Бога. И это доброе дело.

Но этого не достаточно. Ведь сказано, что нарушивший одну заповедь повинен против всего закона, если человек не убивает, но прелюбодействует или ворует, то он тоже нарушитель закона.

Любая страсть – это идол, кумир, которого мы любим больше чем Бога и ближнего, тем самым отрекаясь от любви. Например, сребролюбие – это идолопоклонство. Сребролюбец, страдающий расточительностью или скупостью, не может любить ни Бога, ни ближнего. Блудник тоже не может любить ни Бога, ни ближнего. Чревоугодник. Читал как-то историю об одном гурмане, который когда разорился из-за непомерных трат на еду и закончились у него деньги, то на последние купил себе вкусную зажаренную курочку, съел ее с аппетитом и покончил жизнь самоубийством. Он это сделал, потому что любил вкусную еду больше, чем Бога и ближних. Страдающий гордыней также не может любить Бога и ближнего.

И, пока человек не очиститься от страстей, он не может иметь настоящей христианской любви. Все это только мечтания, фантазии о любви, мало что общего имеющие с настоящей духовной любовью.

Саша101101

Саша, как я понял, Вы берете только один аспект греховности: когда вас обижают или причиняют скорби Вы стараетесь не возненавидить источник скорбей, т.е. не отказаться от любви. И просите об этом Бога. И это доброе дело.

Но этого не достаточно. Ведь сказано, что нарушивший одну заповедь повинен против всего закона, если человек не убивает, но прелюбодействует или ворует, то он тоже нарушитель закона.

Любая страсть – это идол, кумир, которого мы любим больше чем Бога и ближнего, тем самым отрекаясь от любви. Например, сребролюбие – это идолопоклонство. Сребролюбец, страдающий расточительностью или скупостью, не может любить ни Бога, ни ближнего. Блудник тоже не может любить ни Бога, ни ближнего. Чревоугодник. Читал как-то историю об одном гурмане, который когда разорился из-за непомерных трат на еду и закончились у него деньги, то на последние купил себе вкусную зажаренную курочку, съел ее с аппетитом и покончил жизнь самоубийством. Он это сделал, потому что любил вкусную еду больше, чем Бога и ближних. Страдающий гордыней также не может любить Бога и ближнего.

И, пока человек не очиститься от страстей, он не может иметь настоящей христианской любви. Все это только мечтания, фантазии о любви, мало что общего имеющие с настоящей духовной любовью.

По поводу фантазий о Любви. Нельзя сказать, что вот если у человека нет настоящей христианской Любви, то он вообще не любит. Любовь есть у всех. Просто разная степень её отдачи. Но нужно стремиться к настоящей христианской любви.

По поводу кумирства, да. Любовь нельзя ни с чем отождествлять. Т.е. когда мы отождествляем Любовь с хорошим отношением людей к нам, с деньгами, с сексуальным наслаждением и т.п., то при потере всего этого, мы отказываемся от Любви. Когда у нас отнимают всё это, то у нас происходит взрыв агрессии, негодования и т.п.

Получается, когда мы что-то начинаем любить больше, чем Бога, мы прирастаем Душой к объекту поклонения (деньги, любимый человек и т.п.). И пока мы всё это имеем у нас любовь идёт. Но потом, когда мы это всё теряем, возникает боль в Душе, агрессия, ненависть и т.п. Соответственно в этот момент надо молиться о сохранении Любви, когда мы теряем то, что сильно любили. И между Вами и объектом поклонения уже есть Бог.

И конечно, если изначально любить Бога больше всего, то при потере земного не будет такой душевной боли.

Но всё равно к чему-нибудь человек волей не волей привязывается. И зачастую человек не может понять даже к чему. К отношениям, к благополучию, к материальным ценностям. Бывают конечно и крайние степени привязанности, поклонения.
А привязался или нет узнаешь по своим чувствам при потере этого.
Так и живут люди. Привязался к чему-либо, отвязали. Привязался, отвязали. Это наверное и есть испытания от Бога. Проверка чувства Любви к нему.

Опять же со страстями человек борется, когда учится Любить Бога. Человек тяготеет к страстям, когда Любовь к Богу уходит.

Т.е. тут обоюдная работа: боремся со страстями и одновременно учимся Любить. Если не будет Любви, страсти опять придут.
Например, почему пришла страсть? Потому что

Зачем молиться святым?

Не так давно на сайте была опубликована моя статья «Зачем молиться святым, когда есть Христос?». Как я и предполагал, она вызвала достаточное количество отзывов. Были отзывы с благодарностью, а были и с осуждением и непониманием. Но мне запомнился один комментарий. Приведу его дословно: «У меня пару замечаний. Как известно, протестанты бывают разные. Среди них и лютеране. И знают они Писание в целом лучше православных. Так вот, их позиция: можно «почитать святых», т.е. вспоминать их жизнь, ставить их в пример… но нельзя им молиться. Почему? – потому, что все почившие пребывают в ожидании Страшного Суда. До этого они как бы «недееспособны». Таким образом, вoпрос не в пантеизме, а понимании загробной жизни до(!) Суда. Если батюшка соизволит это объяснить, ссылаясь на Писание (а для протестантов это авторитет в отличие от предания), тогда это будет более ценным».

Итак, предлагаю читателю вновь рассмотреть тему почитания святых в свете Священного Писания. Сразу же хотел бы возразить автору комментария в том, что лютеране знают Библию лучше православных. Библия одна и у православных и у протестантов. Есть православные, которые весьма хорошо знают Священное Писание, есть и протестанты, которые хорошо подкованы в знании Библии. Поэтому, думаю, что какое-то сравнение вообще неуместно.

Продолжим дальше. Действительно, протестанты не признают Священного Предания, для них является авторитетом лишь Священное Писание. Пусть так. Начнем со слов ап. Павла, сказанных в послании к евреям: «вы приступили … ко граду Бога Живаго, к Небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и церкви первенцев, написанных на небесах, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства» (Евр. 12,22-23). Праведники пребывают на небесах, в Небесном Иерусалиме. Значит, их загробная участь уже определена Господом. Еще более показательны в этом вопросе слова Спасителя, сказанные раскаявшемуся разбойнику: «истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 43). Священное Писание содержит достаточное количество текстов, говорящих о святых, как о насельниках Небесного Града. Вот один из них: «тогда четыре животных и двадцать четыре старца пали пред Агнцем, имея каждый гусли и золотые чаши, полные фимиама, которые суть молитвы святых» (Откр. 5,8). Показана и немаловажность святых в Небесном Иерусалиме: «и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле» (Откр. 5, 10). И их число достаточно велико: «И я видел, и слышал голос многих Ангелов вокруг престола и животных и старцев, и число их было тьмы тем и тысячи тысяч» (Откр. 5, 11). Следовательно, согласно Писанию, святые уже пребывают в раю рядом с Господом и их загробная участь уже определена до Страшного Суда.

Теперь стоит поразмыслить над «недееспособностью» святых, о которых говорил автор комментария. Здесь было бы уместным дать определение Церкви Христовой. Опять обратимся к Писанию. Бог положил «всё небесное и земное соединить под Главою – Христом» (Еф. 1,10). Следовательно, Церковь Христова – это совокупность небесной и земной церквей. Церковь небесная и земная есть одно Тело, Глава которого – Христос. А все мы, в том числе и святые – это члены одного Тела. Но разве члены одного тела не заботятся друг о друге. Разве одна нога, споткнувшись, не перекладывает всей ноши тела на другую ногу. Или одна рука не моет ли другую заботясь о ней. Не может организм функционировать, если прекратило свою работу сердце. В таком случае, не заботятся ли святые о нас, уже находясь перед Богом.

Разве не посылает здоровый орган тела импульс головному мозгу о том, что начал болеть соседний. Так же и святые молят о нас Господа, «дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены» (1 Кор. 12, 25-26). «Вышний Иерусалим … он — матерь всем нам» (Гал. 4,26). А ведь граждане одного города, когда увидят своих сограждан в какой-либо беде, тотчас по зову их помогают, чем могут. Так поступают и православные и протестанты. И те и другие молятся друг за друга, не взирая на многие трудности, которые приходится преодолевать, чтобы помочь или делом или молитвой. Молятся по слову апостола: «Болен ли кто из вас, пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне. И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь» (Иак. 5, 14-15).

Так почему же протестанты возбраняют молиться за нас самим апостолам? Разве это не абсурд? Взаимная молитва есть проявление взаимной христианской любви и попечения. Вот в эту-то взаимность между земной Церковью и небесной не верят протестантские богословы. Во дни своей земной жизни апостолы, по слову Спасителя, любили ближних и молились за них: «мы… не перестаем молиться о вас» (Кол. 1,8). Так неужели, после того, как они «вышли из тела и водворились у Господа» (2Кор. 2,8), стали меньше любить тех, которые остались на земле? Неужели потеряли они ту любовь во Христе Иисусе, о которой и сами писали, что она «никогда не перестает» (1Кор. 13,8)? Нет, нет и еще раз нет! Они молятся за нас и молитва их действенна, и глупо отрицать это. Сколько чудес совершает Господь через их святые мощи и иконы! И этому нет противоречий в Священном Писании, ибо «вера без дел мертва» (Иак. 2, 25). А их дела видны всем.

Просят за нас святые угодники, и Господь исполняет их просьбы: «чего ни попросите в молитве с верою, получите» (Мф. 21, 22). Они наши сомолитвенники. Мы просим их молиться с нами и за нас. Так почему же мы должны отвергнуть от себя то, что было естественно для святых — молитву друг за друга? В православии молитвенное призывание святых основывается на том, что они такие же люди. И мы просим их о том же, о чём и других людей имеющих свободную молитву. Призывает к взаимной молитве не только Господь, но святые вторят ему. Святой Киприан Карфагенский: “Будем везде и всегда молиться друг за друга… и если кто из нас прежде отойдет туда (на небо) по благоволению Божию: да продолжится пред Господом наша взаимная любовь, и да не престанет пред милосердием Отца, молитва за наших братий”. А вот как говорит о предстательстве святых свт. Василий Великий в слове на 40 мучеников: «Сколько употребил бы ты труда найти и одного молитвенника за себя ко Господу! — и вот 40 молитвенников, возсылающих согласную молитву… святый лик! Священная дружина! Непоколебимый полк! Общие хранители человеческого рода! Добрые сообщники в заботах, споспешники в молитвах, самые сильные ходатаи, светила вселенной, цвет церквей! Вас не земля сокрыла, но прияло небо, вам отверзлись врата рая».

Итак, святые молятся за нас, помощь их действенна и видна многим. Сколько у людей духовных и житейских нужд. Но не всегда Господь исполняет наши молитвенные просьбы. И это по грехам нашим: «И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови» (Ис. 1, 15). Бывает это и от того, что мы молимся без веры и усердия: «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих» (Иак. 1, 8). Молитвы же святых Господь слышит и исполняет: «потому что очи Господа обращены к праведным и уши Его к молитве их » (1 Пет. 3, 12). Молитвы святых сильны перед Богом: «Признавайтесь друг перед другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного. Илия был человек, подобный нам, и молитвою помолился, чтобы не было дождя: и не было дождя на землю три года и шесть месяцев. И опять помолился: и небо дало дождь, и земля произрастила плод свой» (Иак. 5, 16-18).Поэтому мы и стараемся найти себе сомолитвенников и предстателей перед Господом среди святых. И действительно, многие люди прибегают к молитвенной помощи святых в разных нуждах. И каждому святому Господь дает особую благодать помощи людям в различных ситуациях. Сколько женщин становятся счастливыми матерями после долгих лет бесплодия по молитвам Богоматери. И воистину «Кто притекая в храм твой, Богородице, не премлет вскоре исцеления?» (чинопоследование малого освящения воды). А сколько людей исцеляет от телесных недугов Господь руками вмч. Пантелеимона Исцелителя. И не перечесть всех чудес, которых творит Бог по молитвам свт. Николая Чудотворца.

Читайте также:  Каким святым молятся о даровании внуков

Уже сложилась традиция молитвы разным святым в различных нуждах. В ней нет ничего предрассудительного, если следовать всему вышеизложенному. Но, к сожалению, многие люди не понимают этого. В последнее время в храмах появились в продаже «молитвословы на различную потребу». В них изобильно представлены молитвы святым угодникам в различных житейских нуждах. Названия молитв в них представлены примерно следующим образом: «молитва Адриану и Наталии о семейном благополучии» или «молитва Пантелеимону Исцелителю от телесных недугов». Прекрасно, давайте молиться! Открываем нужную страницу и видим, что там находится молитва, читаемая в день памяти святого. Что-то смущает. А где же наша житейская нужда? Куда делось наше молитвенное прошение к святому помолиться в конкретной ситуации? Разве не проще обратиться к святому своими словами и попросить помолиться за нас. Ведь, как говорил Иоанн Златоуст, «молитвы святых имеют очень великую силу, но только когда мы сами раскаиваемся и исправляемся». И лишь в редкой книге можно найти подобное объяснение. Как правило, его нет. А народ Божий начинает усердно читать предложенные молитвы как некие заговоры. Написано ведь черным по белому: «от телесных недугов» и т.п. И даже не советуются со священниками в столь важном вопросе, как молитвенное правило. А зачем? В молитвослове ведь все написано, как и кому молиться. А в молитве ко святому многие и вовсе забывают о том, что подателем всех благ является Всемогущий Бог, а не святой. И молитвенное правило такого человека представляет собой подобие такого «молитвослова на всякую потребу», где нет места молитве Господу. А человек уже начинает мнить себя столпом благочестия и примером молитвенного подвижничества. В итоге впадает в гордыню. И этому виной издатели таких молитвословов, которые в целях экономии средств не утруждают себя объяснением того, как правильно почитать святых и просить их молитвенного предстательства. Печально, но факт! И это вовсе не придумано мной, а основано на реальных человеческих судьбах. К счастью, есть и противоположные примеры, когда издатели, заботясь о читателе, подробно изъясняют то, как следует чтить святых и обращаться к ним за молитвенной поддержкой. Такой молитвослов приятно взять в руки и помолиться.

Так что же делать человеку неопытному в таком важном вопросе, как молитва? В первую очередь, необходимо четко понимать, что мы просим святых молить Бога о нас. И никак иначе! Во вторых, молитва – это не какой-то заговор, после прочтения которого моментально перестанет болеть голова или удачно выйдет замуж засидевшаяся в девках дочь. Лишь Господь знает, когда и что подать от своих богатых милостей и щедрот человеку. В третьих, перед началом постоянного чтения того или иного молитвенного последования нужно взять благословение у духовника. В этом случае человек будет знать, что поступает правильно, а с благословения молиться всегда лучше. Можно даже попросить священника отслужить молебен святому, к которому впоследствии будет обращаться с молитвами. Но только не надо просить батюшку отслужить молебен о материальном благополучии или повышении по службе. Если бы Господь исполнял эти прошения, то священники, наверное, были бы самыми богатыми и успешными людьми на земле. Но самое главное, надо помнить, что молитва никогда не бывает лишней. Она, по слову Иоанна Златоуста, «есть наша благоговейная беседа с Богом». Пусть и предстательством святых. Одним словом, беседуйте на здоровье! Все святые, молите Бога о нас!

Как правильно молиться дома

Зачем нужно молиться дома?

Но ведь Господь видит и слышит нас везде, где бы мы не находились и что бы не делали, и Ему не важно, стоим мы перед иконой или готовим дома обед. Поэтому не стесняйтесь всегда говорить с Ним: хотите пожаловаться на судьбу — расскажите Богу о своих проблемах, случилось в жизни радостное событие — поблагодарите, имеете какую-то нужду — выскажите свою просьбу. Ведь сказано: «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят» (Мф. 7:7).

Для верующего человека молитва — это естественное состояние и потребность общения с Богом. Пока мы находимся на улице или на работе, нас постоянно отвлекают какие-то дела и заботы, а вот дома — утром и вечером — можно немного отдохнуть от дневной суеты и спокойно пообщаться с Богом и святыми. Вспомнить, что хорошего случилось за день и поблагодарить за это или подумать в чем согрешили и попросить прощения, искренне раскаявшись. И не сомневайтесь, вы будете услышаны.

Как правильно молиться Богу

«Ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, иже в тайне: и Отец твой, видя в тайне, воздаст тебе яве» (Мф. 6:6).

Вспомните себя в детстве. Вы приходили к родителями и просили у них чего-то, твердо веря и зная, что они помогут, защитят и никогда от вас не отвернутся. Или извинялись за какие-то свои проступки, тоже не сомневаясь в том, что родительская любовь простит все. А если отцы и матери любят нас так сильно, то сколько больше любовь небесная!

Но все же, как и в обычном общении, в молитве мы должны придерживаться определенных норм.

Во-первых, необходимо по возможности выполнять утреннее и вечернее молитвенное правило (подробнее мы об этом поговорим ниже). Во-вторых, молитва не должна быть «для галочки». Можно знать наизусть десятки текстов, но всякий раз тарабанить их, не вдумываясь в смысл. Молитва — не заклинание, это осмысленный разговор с Богом. Но кому понравится собеседник, находящийся мыслями где-то далеко, а на вопросы отвечающий рассеянно?

Сами молитвы следует брать из проверенных источников, желательно из специальных молитвословов, купленных в церковных лавках. Интернет для этого крайне ненадежен, там распространяется множество неизвестно кем написанных текстов, имеющих массу грубых догматических нарушений, в то время как любая молитва из православных молитвословов всегда имеет автора.

Стоит избегать всевозможных излишне эмоциональных состояний во время молитвы: эйфории, умиления. Все это относится к разряду прелестей — на пользу душе не идет, а вот тщеславие может разбудить: мол, я уже достиг высокого уровня просветления, можно сказать, почти святой.

Молиться нужно не только утром и вечером, а по возможности перед едой и перед началом всякого дела. В первом случае — это благодарность Богу за то, что мы не голодаем, а во втором — просьба о помощи в вашем начинании.

А вот если говорить об обязательности исполнения всех молитвенных правил, то тут мнения святых отцов разнятся. Некоторые настаивают на том, что молиться нужно обязательно, поскольку это еще и дисциплинирует человека, а другие полагают, что если совсем нет возможности прочитать объемное правило, то ничего не случится. Главное, не злоупотреблять этим и всякий раз не выискивать поводы для того, чтобы не молиться.

Читать молитвы можно как вслух, так и про себя — как кому удобнее. Делать это лучше всего перед иконами, которые есть у любого верующего человека. Хорошо, если в доме оборудован красный угол — место, где висят образа и горит лампада.

Библия и святые отцы о молитве за ближних

Некоторые христиане сильно бояться молиться за других людей. Стоит разобраться в чем здесь дело. Они верят, что грехи тех людей перейдут на них. Или, что бесы будут мстить за тех людей. Так ли это? Пожалуй, частично в этом и есть правда. Например, если христианин по гордости, тщеславию или самомнению, начнет молиться за всех подряд и читать за них Псалтырь и Евангелие, то очень вероятно, что бесы ему будут сильно мстить и даже могут довести до погибели и самоубийства. Дело в том, что человек считает, что его молитва сама по себе помогает другим, а не Бог! В этом большая проблема. Человек же гордый и не может понять, что помогает людям не он и не его молитва, а только Господь и то, если захочет. Давайте сейчас проследим, что об этом говорит Священное Писание и святые отцы.

А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас (Мф.5:44).

Молитесь за обижающих вас (Лк.6:28).
И как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. (Лк.6:30-31)

Прежде всего прошу совершать молитвы, прошения, моления, благодарения за всех человеков (1Тим.2:1).

“За самого себя молиться нужда и беда убеждает, но за ближнего молиться убеждает любовь”. Святитель Тихон (Задонский).

Преподобный Силуан Афонский советует: “Когда хочет Господь кого-нибудь помиловать, то внушает другим желание за него молиться, и помогает в этой молитве. Поэтому должно знать, что когда приходит желание молиться за кого-либо, то это значит, что Сам Господь хочет помиловать ту душу и милостиво слушает твои молитвы”.

Святитель Филарет Московский: «Не отрекайтесь от молитвы за других под предлогом опасения, что за себя умолить не можете, – опасайтесь, что о себе не умолите, если за других молиться не будете. Молитва о себе самих, взятая отдельно от молитвы за других, как плод духовного своекорыстия, не может составить чистой христианской добродетели».

Более того, говорил святой праведный Иоанн Кронштадтский: «…молитва за других весьма полезна и самому молящемуся за других; она очищает сердце, утверждает веру и надежду на Бога и возгревает любовь к Богу и ближнему».

Советы преп. Паисия Святогорца как молиться о незнакомых людях

– Геронда, когда некоторые паломники оставляют нам записки для поминовения, а мы не знаем их нужд, то как нам за них молиться?
– Говорите: «Господи, помилуй рабов Твоих, нужды которых Ты Сам ведаешь».

– А когда, геронда, молимся о людях и не знаем, живы ли они или умерли?
– Говорите: «Господи Иисусе Христе, помилуй рабов Твоих».

– Иногда, геронда, я не помню имён людей, которые просят молитв.
– Если не помнишь имён, которые тебе дают, то молись в общем: о больных, о молодых, сбившихся с пути, и т.д. Вначале говори: «Помоги, Боже мой, сначала тем, кто больше нуждается в помощи», – а потом продолжай: «Господи Иисусе Христе, помилуй рабов Твоих».

Преподобный также советовал: «Ты, после того как немного помолишься о себе, потом вспоминай о бедствующем мире в целом, о тех, кто удалился от Бога, о почивших, которые не воспользовались временем, которое Бог им даровал, чтобы к Нему приблизиться, и теперь раскаиваются, но уже без пользы; и твори молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас». Так молишься и о себе, и о тех, кто просил тебя молиться, и обо всём мире».

И все же, есть ли какие-то ограничения для молитвы за людей? Да, есть и нужно теперь сказать о них. В своем Евангелии св. апостол Иоанн Говорит:

“Если кто видит брата своего согрешающего грехом не к смерти, то пусть молится, и Бог даст ему жизнь, то есть согрешающему грехом не к смерти. Есть грех к смерти: не о том говорю, чтобы он молился” 1Ин.5:16.

Епископ Михаил (Лузин), толкуя это место, разъясняет:

“Сказав в предыдущих стихах о силе молитвы верующего во Христа вообще, в рассматриваемых стихах апостол говорит о молитве верующего не за себя самого, а за брата!, то есть всякого ближнего, брата во Христе (1 Кор. 5:11), различая согрешающего грехом не к смерти и грехом к смерти. Связь этих стихов с предыдущим блаженный Феофилакт наводит такую: «сказав, что Бог исполняет прошения наши, согласные с Его волею, апостол теперь ясно высказывает желание свое о том, чего бы мы просили по воле Божией. И как он много, почти чрез все послание, говорил о любви к брату и о том, что Бог желает, чтобы мы соблюдали любовь к брату нелицемерно, то теперь одним из желаний Его и самым лучшим называет то, что когда кто видит брата своего, согрешающего грехом несмертным, то пусть просит». — Что значит грех не к смерти и грех к смерти? Господь говорит, что всякий грех и хула отпустится, или простится, людям, но хула на Духа Святого не отпустится людям ни в сем веке, ни в будущем (Мф. 12:31—32; см. прим.). Несомненно, что это различение грехов к смерти и не к смерти имеет в виду в рассматриваемом месте апостол. Грех не к смерти — это всякий грех человека, который происходит от общей слабости человеческой (1 Ин. 1:8; Иак. 3:2 и прим.), грех, очищаемый искренним покаянием и сердечным сокрушением и потому не подвергающий грешника смерти духовной (ср. 1 Ин. 3:14). Грех к смерти, или смертный грех, — это грех тяжкий, делая который человек делается неспособным к раскаянию. Это грехи хулы против Духа Святого, каковы грехи: упорное неверие в дознанную христианскую истину; упорное отступничество от веры, не принимающее никакого вразумления; ожесточенное закоснение в пагубных еретических заблуждениях и тяжких нераскаянных грехах (см. прим. к Мф. 12:31—32; ср. Евр. 10:26). Судя по тому, что апостол говорит о грехах к смерти и грехах не к смерти без всякого объяснения и указания на них, можно полагать, что апостолу и читателям его послания эти выражения были понятны, может быть, употреблялись как технические термины, о чем свидетельствует и дальнейшая речь. — О грехе не к смерти пусть верующий молится за брата, чтобы Бог по милости Своей даровал согрешающему принесть искреннее покаяние, простил его и даровал ему жизнь, то есть восстановил его духовную жизнь, ослабленную или подавленную грехом. Относительно греха к смерти апостол не дает такого наставления о молитве, как относительно греха не к смерти. Не запрещает, однако ж, положительно молиться за такового апостол, но и повеления не дает. По-видимому, апостол показывает только, что он не может уверять и быть уверенным в силе молитвы за ближнего, согрешающего смертным грехом, что успеху таковой молитвы противодействует неверие, упорство, ожесточение и закоснение в заблуждениях и пороках согрешающего так. Таким нераскаянным грешникам грех их не простится ни в сем веке, ни в будущем, хотя верующий может молиться за них”.

Читайте также:  Какому святому молиться за автомобиль

Молитва о самоубийцах

Церковь, как богочеловеческий организм, не просто отказывается молиться за самоубийц, она не дерзает делать этого. «Мы не дерзаем молиться» – это означает, что люди не дерзают входить в какую-то запретную область.

Это подтверждает и практика. Один священник рассказал такой случай. Ему на отпевание привезли незнакомую девушку. При совершении чина, несмотря на то, что это было далеко не первое отпевание за время его служения, ему стало плохо, силы его оставили, пришлось даже выйти на свежий воздух. Через некоторое время он встретился со священником из другого храма, и неожиданно оказалось, что и у того случилось подобное при отпевании молодого человека. В результате небольшого расследования оказалось, что пара добровольно умертвила себя, но родственники скрыли это от Церкви.

Если Церковь молится только за своих членов, то не излишне ли дерзновенно келейно молиться за тех, кто вне Церкви?
Если литургическая молитва не включает самоубийц, некрещеных, инославных, отпавших, то личная молитва не ограничена ничем. Очевидно, что Евхаристия, как соединение с Богом, будет насилием над теми, кто Его отвергает своей жизнью.

Немного об искушениях в молитве

Искушения в молитве могут иметь своим источником:
– ревность не по разуму, взятие подвига сверх меры и без благословения;
– искушения падшими духами, желающими отвратить христианина от молитвы.

Если человек пленён падшими духами, то, молясь за него, мы вызываем их противодействие, ведь они уже считают его своей добычей; это подобно тому, как вырывать кость из пасти у пса. Несомненно, Бог значительно ограничивает силу падших Ангелов, но пугать нас они могут.

Если мы берём на себя подвиг молитвы за нераскаянного усопшего, то она требует усилий. «Молиться – кровь проливать» – говорили древние.

Для укрепления от нападения всяческих искушений и наваждений старайтесь советоваться со своим духовником. Любая молитва — это духовная война с тёмными силами, а на войну нужно идти, заручившись поддержкой Церкви и благословением священника.

Часто такие искушения отнюдь не бывают связаны с молитвой за кого-то. Зачастую мы сами себя искушаем: сами впадаем в какие-то страсти, а думаем, что это произошло потому, что мы за кого-то помолились.

Одна женщина молилась за своего усопшего отца, который скончался, будучи атеистом. Во сне он явился ей в страшном гневе и требовал прекратить молитву. История интересная, но возникает вопрос: кто явился женщине? Её отец или падший дух в облике её отца?

Любая искренняя молитва неугодна бесам, но бывают случаи, когда молитва неугодна и Богу. Например, молитва без рассуждения, когда человек считает себя способным вымолить кого-то или когда кто-то берёт подвиг молитвы, не живя христианской жизнью, или подвиг выше своих сил. Но бывают и иные случаи. Великий молитвенник афонский старец Ефрем Катунакский, ученик старца Иосифа Исихаста, подвизавшийся на Святой горе в XX столетии, признавался, что не мог молиться о своем брате-оккультисте, пока тот был жив, поскольку чувствовал каждый раз, что Господь его молитвы не приемлет, «наказывает» его за нее. Он только тогда возобновил молитвы о брате, когда тот отошел в мир иной и уже не мог творить тех беззаконий, которыми была наполнена его жизнь прежде.

Требуется ли рассуждение в молитве? Конечно, да.

Важна мера нашей молитвы. Одно дело – помянуть на утренней молитве, другое дело – брать сугубый подвиг «вымаливания» других, да ещё без благословения.

Молящийся должен осознавать, что своей молитвой он бросает вызов сатане. Без сугубой благодати Божией, Божьего покрова, исход этой борьбы будет плачевен. Эту благодать человек обретает христианской, церковной жизнью.

Помните, в 19-й главе Деяний говорится: “Даже некоторые из скитающихся Иудейских заклинателей стали употреблять над имеющими злых духов имя Господа Иисуса, говоря: заклинаем вас Иисусом, Которого Павел проповедует.
Это делали какие-то семь сынов Иудейского первосвященника Скевы.
Но злой дух сказал в ответ: Иисуса знаю, и Павел мне известен, а вы кто?
И бросился на них человек, в котором был злой дух, и, одолев их, взял над ними такую силу, что они, нагие и избитые, выбежали из того дома”.

Отвечая на вопрос одного из своих учеников, преподобный Варсонофий Великий говорит, что будет достаточно, если тот, пообещав помолиться о ком-то, скажет однажды: «Господи, помилуй такого-то!» и воздохнет о нем от сердца. А большее, убеждает он этого инока, ему не по силам. Этот же совет можно, наверное, принять на свой счет и практически каждому из нас – и нам по силам немногое. Если говорить о чуть большем, то уместно поминать человека с той или иной степенью регулярности на своей обычной утренней или вечерней молитве – так же кратко, в ряду других людей, о которых мы молимся постоянно.

Чтобы молиться за конкретного человека с конкретной страстью (например, со страстью неверия или пьянства) — для этого нужно взять благословение у духовника, который нас знает и может дать совет, как нам подобает поступить в данном случае и как мы должны молиться. Тогда уже будет покрывать благодать благословения на это дело.

Мы обычно думаем, что мы кого-то вымаливаем. А ведь не мы вымаливаем этого человека, но Господь его спасает, как и нас. Распявшись за всех, Господь взял на Себя грехи всего мира. И потому не мы вымаливаем, не мы вытаскиваем, не мы этому человеку помогаем, а Христос помогает, извлекает его изо рва страстей и спасает. Мы же только — как соучастники Христовы в деле извлечения этой души. И если мы испытываем какое-то бесовское наваждение, то это по той причине, что Господь дает нам немножко ощутить это соучастие. И в этом — проявление нашей любви ко Христу и к человеку.

Но иногда, действительно, такое бывает. Особенно, когда идет однообразная жизнь в обычном порядке, и вдруг видишь, чувствуешь, что появилась какая-то брань особого рода. Тогда уже идешь, исповедуешься и спрашиваешь: «Как мне быть? Продолжать ли мне молиться за этого человека или оставить на время?» Но это не значит, что оставить совсем. Просто Господь показывает в данном случае: по твоей немощи, для твоего смирения, тебе надо знать, что ты еще сам подобострастен этому человеку. Хотя ты и молишься за него для избавления его от какой-то страсти, но, тем не менее, ты сам немощен и должен понять, что и его, и тебя спасает и несет на Своих плечах только Христос.

Если с людьми все понятно, то можно ли молиться за духов тьмы? Однозначно, нет. Бывали случаи, что святые (и не святые тоже) молились за демонов, но ничего хорошего из этого не вышло.

«Однажды, — рассказывал преп. Паисий Святогорец, — я стоял на коленях и молился о бесах, прислонив голову к земле и говоря: “Ты — Бог, и если Ты хочешь, то можешь найти способ, чтобы спасти и этих окаянных, несчастных бесов”. С болью молясь такими словами, я увидел рядом с собой голову пса, который высовывал язык и меня передразнивал. Возможно, Бог попустил это, желая показать мне, что Он хочет спасти и бесов, но они сами этого не хотят».
Исаак Иеромонах “Житие старца Паисия Святогорца”.

Однажды, преподобный Варсонофий Оптинский сказал: «Исаак Сирин — единственный святой, который молился о бесах. Но как молится? Можно молиться, чтобы Господь уменьшил их муки, ослабил по неизреченной Своей милости. Затем, что можно святому великому, того нельзя нам. Все птицы высоко летают, но выше всех орел; подобно орлу святой Исаак парит между святыми. Нам же молиться за бесов опасно.

Знаю одну начальницу общины. Она молилась за бесов. Я предостерегал ее. Она не послушалась и продолжала. Вскоре бесы стали являться ей и благодарить за молитвы о них. Последствием всего этого было то, что она пала с одной сестрой своей общины однополым грехом, стали заниматься спиритизмом с этой же сестрой. Конечно, обе они ушли из общины. Смотрите, как же плохо она кончила».

Храм Воскресения Христова в селе Левашово

Сайт прихода храма

Икона дня

Православный календарь

Радоница. Поминовение усопших. Апп. от 70-ти Аристарха, Пуда и Трофима (ок. 67).

Мцц. Василиссы и Анастасии (ок. 68). Мчч. Месукевийских – Сухия и дружины его: Андрея, Анастасия, Талале (Фалалея), Феодорита, Ивхириона, Иордана, Кондрата, Лукиана, Мимненоса, Нерангиоса, Полиевкта, Иакова, Фоки, Доментиана, Виктора, Зосимы (начало II века) (Груз.). Мч. Саввы Готфского (372).

Сщмч. Александра Гневушева пресвитера (1930).

@Деян., 10 зач., IV, 1–10. Ин., 10 зач., III, 16–21.@

По Уставу – рядовая служба по Триоди и Минее. Поминовение усопших совершается на панихиде.

Как святые слышат наши молитвы?

Мы «не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу» (Еф. 2, 19).

В Толгской обители, что под Ярославлем, во время паломнической поездки я стала невольным свидетелем того, каким откровением становится для нас, меряющих земными мерками, Божий мир. Девочка-подросток и монахиня стояли возле раки с мощами святых, потом подошли к чудотворной иконе Божией Матери. И вдруг девочка спрашивает у матушки:

— А зачем нужно целовать мощи и иконы?

— Чтобы святые и Божия Матерь видели, что ты их любишь.

В следующее мгновение ребенок, оглядывая молящихся, удивился ещё больше:

— А как же они нас слышат?

Нам часто, будто апостолу Фоме, душа которого требовала ощутимых доказательств духовного бытия, для молитвы нужно отправиться в паломничество, приехать к мощам и чудотворным иконам. Меряя километры, мы, в первую очередь, совершаем молитвенный путь в своем сердце. Но ни время, ни расстояние нас и святых не разделяют. Между молитвой и её услышанием нет никакого промежутка. Многим кажется, что святые недосягаемы. Но сами угодники Божии свидетельствуют иное. «Я буду вас видеть, и слышать, и помогать вам», – говорила святая Матронушка, обещая и по своем уходе помогать всем, кто придет за помощью. Святителя Николая люди называют скорым помощником, потому что всегда обретали помощь в молитве святому. Евангелист Лука свидетельствует, что святые слышат людей, потому что равны ангелам: «бывает радость у Ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся» (Лк. 15, 10). Их духовное зрение и духовный слух совершенны. Ни одно движение сердца, ни одна мысль, ни одно слово, намерение или желание от них не ускользает, потому что Дух Божий, в Котором они пребывают, все видит и слышит, Он вездесущ.

Примеров молитвенной поддержки святых множество. Всё потому, что и святые, и люди – члены единой Церкви Божией, земной её части и небесной. На небесах всё живет и движется Духом Святым. Но и на земле действует тот же Святой Дух. От Него ничего не скрыто. Святые угодники в Царствии Небесном зрят славу Господа, но Духом Святым они видят и страдания людей на земле. В Духе Святом, Который на земле пребывает в Церкви, в таинствах, в Священном Писании и в душах верующих, угодники Божии видят нашу жизнь и наши дела. Они знают наши скорби и слышат наши молитвы. И когда мы молимся им, то в Духе Святом они слышат наши молитвы, и наши души чувствуют, что они молятся за нас. В молитве душа обретает утешение и успокоение – это свидетельствует о том, что молитва услышана. Но когда ей исполнится, решает Господь.

Мы молимся святым, как нищие люди просят у богатых. Как просят совета пребывающие в заблуждении, как нуждающиеся ищут необходимое средство. Без надежды никто не спешит к с просьбой к высокому и богатому человеку, благодеяния которого все знают, который неоднократно доказал свою щедрость. Живя на земле, святые научились любви Божией от Духа Святого. С этим духовным всеобъемлющим чувством, угодивший Богу человек переходит в вечную жизнь, где любовь возрастает и становится совершенной. В Духе Святом мы становимся ближними для святых, а потому они не забывают нас и молятся за нас. Святые – благоухающие сосуды благодати Божией. И они непрестанно радеют о спасении всех людей, живущих на земле, ходатайствуют об их спасении. Когда они молятся, Господь может помиловать даже недостойного. Взгляд Бога, раздраженного нашими грехами, успокаивается на праведниках, на их любви к Богу. И ради их заслуг Господь милует нас, недостойных Его милости. «Как скажешь: Вси святие, молите Бога о мне! так все святые воскликнут на небе: Господи, помилуй! и будет тебе приобретение», – научал духовных чад преподобный Нектарий Оптинский.

Даже если кажется нам, что мы один на один молимся Богу, без святых, то это не совсем так. Молитва многоголоса. Многие молитвы составлены святыми, и мы молимся их словами, переживаем их духовные впечатления. В храме молитвенное многоголосие усиливается ещё больше, потому что люди молятся соборно. Молящийся находится в союзе с бесчисленным множеством воинства Христова, победивших грех или борющихся с ним. И нас, и святых связывает именно молитва: это наш общий труд. По милости Божией, мы имеем молитвенников за нас на земле – священников. Также имеем молитвенников за нас на небе – святых угодников. И молитвы наши слушают все небеса. Потому что молитва – это и есть жизнь духа. Она начинается на земле, когда человек кается, стяжает благодать Божию; она сопровождает человека в церковных таинствах и в трудные моменты земной жизни, и становится ещё явственнее в вечности. Дать ей определение довольно трудно. Молитва человека святым и Богу – не просто общение, не только просьбы, не одна только радость от переживания близости к Богу. Это и духовный путь личности, и ощущение пространства-времени, и мера благочестия, и сила, способная изменить жизнь, и связующая сила. В первую очередь, она призвана связывать тех, кто живет на земле, и тех, кто находится на Небе, и тех, и других одновременно связывая с Богом. В этом и есть сила жизни, земной и небесной.

…А девочка в Толгской обители получила от монахини такой ответ:

— Если ты умеешь говорить, то куда же по-твоему должны деваться произнесённые тобой слова? Они всегда устремляются в Небо!

Добавить комментарий